Комитет по культуре Правительства Москвы, Дирекция сада «Эрмитаж», Московский джаз-ангажемент — МДА Юрия Саульского ПРЕДСТАВЛЯЮТ

Трио «Орнамент»

Феликс Лахути — скрипка
Влад Окунев — перкуссия
Евгений Пичкуров — гитара

Соколов Б.Г.

То, что музыка является не просто ритмизированной системой звуковых различий было ясно достаточно давно. Музыка обладает не только значением, но и смыслом. Однако определение этого смысла, его тематизация и вербализация достаточно трудны. Уже А. Шопенгауэр придавал музыке онтологический статус, делая из универсума звуков “universalia ante rem”, т.е. некую универсальность, аналогичную мировой воле. Онтологическое значение музыки видит и Фр.Ницше в своей работе “Происхождение трагедии из духа музыки”, следуя на данном этапе своего творчества в фарватере мысли А. Шопенгауэра. Онтологический статус музыки с необходимостью выявляет, конечно, ее значение, но отнюдь не наделяет ее осмысленностью, ибо даже бессмысленность, попадая в круг человеческого присутствия, становится смыслом.

Краснухина Е.К.

Ритмичность, повторяемость, пульсация, вечное возвращение бытия, в особенности бытия социального, являются его важнейшим признаком. Социальная жизнь ритмична как воспроизводство (репрезентация), как вечное возвращение прошлого в традиции (регрессия), как пульсация исторической памяти и беспамятства (фармакон). Социальная память есть разновидность письма. Ритм письма создает рифма. Периодичность, цикличность письма заключается в том, что в рифме слова повторяются друг в друге, оставаясь при этом разными словами. Феномен ритма может быть тематизирован как проблема повторения, повторения не одинакового, не тождественного, не того же самого.

Из всех известных способов письменной передачи звучания музыки самым древним являются рисунки. Образцы такой записи были найдены в древнеегипетских пирамидах. Также к древнейшим способам относится также слоговая запись музыкальных звуков с помощью клинописи, применявшаяся в Древнем Вавилоне. К сожалению, найденные древние фрагменты музыкальной записи абсолютно не поддаются расшифровке.

Человек живет в мире, - в этом первичная данность его бытия, исходный пункт процесса познания им мира действительности и его самопознания (С.Л. Рубинштейн, 31). Каждый человек проживает свою жизнь решая как ситуационно обусловленные проблемы, так и проявляя надситуативную (творческую или деструктивную) активность, изменяя как мир действительности, так и самого себя. Жизненная ситуация, как правило, предоставляет каждому человеку сделать в настоящем времени определенный выбор в форме поступка, действия (или бездействия). Образ будущего и для человека и для человечества есть совокупность потенциальных, ожидаемых результатов от действий, усилий, предпринимаемых в настоящем. Именно поэтому будущее принципиально открыто, а разные варианты желаемого и ожидаемого будущего имеют разную мотивирующую притягательность.

В начале сотворения человечества не существовало того языка, что мы имеем сейчас, а была только музыка. Сначала человек выражал свои мысли и чувства низкими или высокими, короткими или продолжительными звуками. Глубина его тембра говорила о силе и мощи, а высота тона выражала любовь и мудрость. Человек передавал искренность или неискренность, расположение или нерасположение, удовольствие или неудовольствие с помощью многообразия музыкальных выражений.

Что первое приходит на ум, когда мы слышим звук барабана? Древние ритмы, шаманы, ритуальные пляски; кому-то представляется Африка и кружащиеся в безумном танце туземцы, другим – более задумчивый и медитативный Восток. Так или иначе, ритмы и ритмическая музыка появились одновременно с рождением человека на нашей планете. Откуда они берутся? Из природы, тела и души – из всего естественного, что находится вокруг и внутри нас.